Звоню в больницу.
- Как прошел Новый Год? Свежая горячка, из эксклюзивных? С прицельным калометанием и паспортом на властелина мира?
- Да нет, - бурчит мой друг, заведующий реанимацией. – Все какие-то желтые ходят. Ну так Год же Коровы. Надо хоть приблизительно соответствовать шкурой.
Да. И глаза у ней – цвета охры.
- Только одного деда и привезли, - оживился мой друг. – Его шинковали три дня, как капусту.
- Чем же? Тесаком?
- Ну да.
- Квасили? Ели? Солили? Трамбовали?
- Не-е… Только дефект на лбу и остался.
- Как – дефект? Он живой?
- А чего ему. Ушивал лично доктор Демчук. Теперь это у нас именная операция: по Демчуку.
- Как прошел Новый Год? Свежая горячка, из эксклюзивных? С прицельным калометанием и паспортом на властелина мира?
- Да нет, - бурчит мой друг, заведующий реанимацией. – Все какие-то желтые ходят. Ну так Год же Коровы. Надо хоть приблизительно соответствовать шкурой.
Да. И глаза у ней – цвета охры.
- Только одного деда и привезли, - оживился мой друг. – Его шинковали три дня, как капусту.
- Чем же? Тесаком?
- Ну да.
- Квасили? Ели? Солили? Трамбовали?
- Не-е… Только дефект на лбу и остался.
- Как – дефект? Он живой?
- А чего ему. Ушивал лично доктор Демчук. Теперь это у нас именная операция: по Демчуку.
4 comments | Leave a comment
